…Третьяковская галерея. Сумрачная зала с зеленоватыми стенами. Неохотно пробивающийся сквозь стеклянный потолок скупой зимний свет. И внутри огромной, густо позолоченной рамы тюремные нары. Морозный поток воды из зарешеченного окна. Откинувшаяся к стене девушка в бархатном платье. Крысы, множество крыс, карабкающихся к ее ногам. Чье воображение в детстве могло остаться равнодушным к этой картине! «Княжна Тараканова». Еще без своей истории, без подробностей биографии. Просто вот эта черноволосая девушка, эта заплесневевшая камера и неотвратимая смерть.

…Студенческие годы. Нескончаемые лекции по истории искусств. В разделе России XIX века живописец Константин Флавицкий. Блистательно пройденный курс в Академии художеств. Пенсионерство в Италии. Тогда же звание профессора — загодя, в предвидении будущего: разве такой талант нуждается в подтверждении? И через полтора года по возвращении на родину смерть от чахотки после первой и единственной написанной картины — «Княжны Таракановой». Драма героини — драма автора!

Или другое. Научный зал в Исторической библиотеке. Привычный стол у желтеющей стены. И за широким раствором окон год за годом, в неслышной смене дождей и снега, полуисчезнувшие монастырские постройки, расплывшиеся в перестройках очертания собора, келий и упрямая легенда о «потаенной» монахине, скрытой здесь без малого на сорок лет, — бывшей княжне Таракановой. Говорят, факты — упрямая вещь. А легенды? Те самые, которым можно верить, а можно и не верить, — все зависит от тебя самого. Как заставить память уйти от них?

…Свинцовый квадрат неба. Крутой вырез глухих стен. Камень, серый, чуть розоватый, почти черный. Только камень. Булыжная земля. Дрожь жидких травинок: «Здесь похоронили Тараканову». Так, во всяком случае, утверждали о дворе Алексеевского равелина старые охранники Петропавловской крепости. Утверждали и даже показывали ничем не отмеченный бугорок, который время втиснуло в тюремную мостовую.